На материале крайне шиитских сект и суфийских братств, гностических течений и индийского аскетизма, древнегреческих киников и православного юродства была проанализирована природа религиозной трансгрессии — практик, выходящих за рамки общепринятых норм. Каким образом поведение, воспринимаемое как девиантное и асоциальное, приобретает сакральное значение в той или иной религиозной системе — на эти и другие вопросы ответила лектор в ходе встречи.

По словам Виктории Аракеловой, практически в каждой религиозной системе возникали альтернативные практики, последователи которых отвергали внешние нормы и формальную обрядность, делая акцент на трансперсональном опыте как альтернативном пути познания истины и спасения.

Особое внимание было уделено феномену «сакрализации профанного», при котором сознательное нарушение норм выступает не как отрицание религиозного порядка, а как способ преодоления границы между мирским и священным . С точки зрения феноменологии религии, противоположные поведенческие линии мистиков — аскеза и антиаскеза — рассматриваются как попытки преодоления «бреши» между мирами — сакральным и профанным.

В лекции также был затронут вопрос принципиального отличия христианского юродства как особой, неэгоцентричной формы религиозной трансгрессии. В отличие от прочих моделей аскетизма, юродство рассматривается не как путь личного спасения, а как служение, нацеленное на спасение окружающих.

Отметим, что лекция была организована в рамках дискуссионного клуба «Serendipity».